Затулин: не надо вешать на меня ярлык сепаратиста

Затулин: не надо вешать на меня ярлык сепаратиста

Ющенко под каждым стулом видит «руку Москвы»... Украинская власть, наверное, думала, что если я приеду в Крым, то после этого произойдет октябрьское вооруженное восстание (интервью)

Между Российской Федерацией и Украиной разгорелся очередной скандал. Масла в огонь подлил депутат Госдумы РФ, директор Института стран СНГ Константин Затулин.

В июле 2008 года Служба безопасности запретила Затулину в течение одного года въезжать на территорию Украины, а в августе Министерство иностранных дел России сообщало о снятии запрета.

На днях российский парламентарий прилетел из Санкт-Петербурга в Крым на фестиваль «Великое русское слово», но украинские пограничники не пустили его дальше трапа самолета в симферопольском аэропорте. В погранслужбе заявили: срок действия запрета СБУ пока не истек.

У Затулина недопуск в Крым и предложение украинской стороны вернуться на том же самолете в РФ (то есть в Питер, хотя после пребывания на полуострове он собирался в Москву) вызвали негодование.

После нескольких часов препирательств у российского депутата подскочило давление. Парламентарию вызвали «скорую», которая отвезла его в крымский диагностический центр. Там Затулин лечился в течение трех дней. Допуск журналистов «к телу» был ограничен. 

Затем депутат Госдумы вернулся в Москву, билет на самолет купил за свой счет. На вопрос, собирается ли Затулин вернуться в Украину, консул-советник Генерального консульства РФ в Симферополе Владимир Пашедко ответил, что такое желание наверняка есть. «Известны чувства Затулина к Украине, к украинцам – это братская любовь к братскому народу. То, что у него желание такое есть и будет всегда, в этом я не сомневаюсь», – сказал он.

Российское внешнеполитическое ведомство призвало Киев «раз и навсегда» отказаться от практики составления «черных списков».

УНИАН-Крым задал Константину Затулину несколько вопросов.

– Комментируя события в Симферополе, пресс-секретарь СБУ Марина Остапенко заявила, что срок запрета на Ваш въезд в Украину не снят. Это, по ее словам, подтверждено судами трижды.

– Я думаю, что Остапенко врет, но поскольку это женщина, я скажу помягче: передергивает. У СБУ очень странная бухгалтерия, когда дело касается меня, и очень странное представление о том, что было и чего не было.

Начнем с того, что в 2006 году мне был запрещен въезд на Украину, и я обратился в украинский суд первой инстанции с иском к СБУ о признании этого решения незаконным. Трижды этот вопрос – сначала в суде первой инстанции, потом в апелляционном суде, потом в кассационной инстанции – рассматривался. Я прошел все круги украинского судопроизводства. На суды, естественно, оказывалось давление. Мой иск был отвергнут, таким образом, решение о запрете мне въезда сроком на один год – с 2006-го по 2007-ой год – было оставлено в силе.

Это решение абсолютно не тождественно обвинению меня в том, в чем меня обвиняет госпожа пресс-секретарь: она заявила, что я являюсь сепаратистом. До этого ее шеф, господин Наливайченко, в интервью нашей газете «Известия» в прошлом году пошел еще дальше: заявив, что я ненавижу Украину, украинский язык и так далее. Все это было поводом для меня уже в российском суде судиться с Наливайченко. Его присудили к штрафу в 300 тысяч рублей, которые он до сих пор не выплатил...

Меня не судил украинский суд, он не разбирал моего поведения, он не приговаривал меня к каким-то наказаниям, он не рассматривал по существу причин, по которым СБУ решила не пустить меня на Украину. Он лишь подтвердил своим решением, что СБУ, в соответствии с вашим законодательством, имеет право не пускать кого-либо в Украину. Такое решение суда – это совсем не подтверждение обвинений в мой адрес, это совсем не рассмотрение по существу моей пресловутой вины как причины этих запретов, это лишь решение о том, что украинский же суд подтвердил право украинской же спецслужбы не пускать граждан других стран на территорию Украины. Этим формальным решением суд ограничился. Я против этого решения протестовал, но на Украине оно вступило в силу. Это было поводом для меня направить иск в европейский суд по правам человека. Сегодня этот иск еще не рассмотрен, он отлеживается в суде в Страсбурге.

Поэтому, когда пресс-секретарь говорит о том, что трижды доказывали мою какую-то вину в украинских судах, то, хочу заметить, доказывали не мою вину, а доказывали право СБУ кого-либо не пускать: Затулина, Иванова, Петрова или человека с другой фамилией…

Плюс к этому: все эти клички и определения, которые они мне присваивают, никоим образом не соответствуют элементарной логике. Например, назвать меня, гражданина Российской Федерации, сепаратистом, наверное, можно было бы, если бы я собирался развалить Российскую Федерацию и требовал бы выхода из ее состава Чечни, или, допустим, Кубани, или еще какой-то области. Как я могу считаться сепаратистом на Украине? Вот это мне хотелось бы знать.

– СБУ утверждает, что введенный в июле 2008-го года запрет не отменен до сих пор.

– В июле, когда я со своими друзьями и партнерами прилетел в Симферополь чартерным рейсом на проведение теннисного турнира накануне дня Военно-морского флота России в Севастополе, меня не пустили.

Я вынужден был уехать в Москву на следующий день, переночевав в аэропорту. Тогда мне, вопреки всяким традициям и этике, без моего разрешения влепили в дипломатический паспорт штамп: запрещен въезд на Украину сроком на один год.

7 августа Министерство иностранных дел Украины (7 августа 2008-го года появилось сообщение Департамента информации и печати МИД России – ред.) широко оповестило и через Интернет, и через печатные издания, и официально о том, что оно выдало Российской Федерации ноту, в которой заявило о снятии всяких запретов с депутата Затулина и в этой же ноте назвало свой поступок шагом доброй воли для улучшения отношений между Украиной и Россией. Это последний официальный документ, который касается моего статуса, который нами в России получен официальным путем.

Я был очень удивлен, когда столкнулся (6 июня в Симферополе – ред.) на трапе с пограничниками. Они потребовали у меня паспорт, я им паспорт предъявил. Они долго в нем искали ту самую отметку. Дело в том, что у меня за это время паспорт сменился, в паспорте никаких отметок нет. Они с большим удивлением все это выяснили. Пытались доказать, что в отношении меня действует запрет, введенный в июле прошлого года, и поэтому они не пускают меня на Украину.

Но с тех пор была нота МИД, я летал в Луганск (по словам российского депутата, он в 2009-ом году был в Луганске на дне рождения нардепа-регионала – ред.), и там точно такие же пограничники меня пускали и выпускали! На каком основании я должен был думать, что в отношении меня действует запрет, если мне никто об этом официально не рассказывал?! Слухи по моему поводу постоянно производятся, в том числе, о том, что мне запрет на въезд ввели. Я не обязан был этому верить!

Для того, чтобы исключить всякого рода провокации, мы на этой неделе (первой неделе июня – ред.) сделали максимум для того, чтобы украинская сторона была проинформирована: когда, каким образом и для чего я собираюсь ехать на Украину. Во вторник наш заместить министра (иностранных дел – ред.) специально вызывал на Смоленскую площадь посла Украины в России Константина Грищенко, просил его не чинить мне никаких препятствий и проинформировал о том, что я еду в официальную командировку на фестиваль «Великое русское слово». Посол обещал довести до сведения руководства. Были контакты – уже неофициальные – с главой пограничных стражей Украины. В среду руководители наших погранвойск встречали его; он был с визитом в России, на Сахалин летал. Ему сказали о том, что Затулин собирается, имейте в виду. Опять же: он развел руками, и никаких ясных предостережений о том, что «смотрите, мы его не пустим», сказано не было. Я лично в пятницу столкнулся на санкт-петербургском экономическом форуме с послом Грищенко. Мы с ним тоже поговорили на эту тему. Опять же – ни Грищенко, ни кто-то еще – мне не сказал: «Вы знаете, лучше бы вам не ехать, поскольку Вас не пустят, мы знаем, что у Вас запрет на въезд». Все с украинской стороны набрали в рот воды после получения этой информации и продемонстрировали себя только на трапе самолета в субботу в Симферополе.

– Какова, по Вашему мнению, причина Вашего недопуска в Украину на этот раз?

– Я думаю, по мере приближения развязки (которая все-таки должна состояться: или в форме президентских выборов, или, как мы полагали, на основании той информации, которая поступала, в форме создания какой-то коалиции в парламенте, которая предложит какой-то другой выход, а не прямые президентские выборы) начинаются сумеречные явления и движения. Невозможно уследить за действиями украинских властей, поскольку это действия людей, загнанных в угол на Украине. Загнанных не нами, а в результате своих собственных ошибок и развития политической ситуации. Они в результате того, что они сейчас в таком положении, предпринимают самые отчаянные и самые непредсказуемые шаги. Я этим всё объясняю.

Они, например, находятся в постоянной панике по поводу создания каких-либо организаций: правозащитных, пророссийских и всяких иных. Если внимательно читать интервью господина Наливайченко, у него в отношении Крыма постоянно паника, что здесь что-то такое может произойти, что здесь орудуют пророссийские силы, агенты ФСБ. В обстановке этой паранойи они и предпринимают такого рода шаги. Я не знаю, что им казалось. Что (если) я буду общаться здесь, в Крыму, с приехавшими на фестиваль со всех концов Украины людьми, то после этого произойдет октябрьское вооруженное восстание, что ли?!

Мне трудно выяснить логику. Они не хотят, чтобы мои точки зрения были услышаны на Украине, но они делают максимум, как я это сказал в своем обращении к участникам форума (фестиваля «Великое русское слово» – ред.), для того, чтобы я был услышан. В течение субботы и воскресенья (6-7 июня – ред.) в рейтинге основных новостей известие о моем задержании входило в тройку наиболее цитируемых событий. Я не сам это, как вы понимаете, придумал, это придумали они – дали мне возможность быть услышанным лишний раз. Логике это не поддается. Это поддается логике сведения счетов, личной мести со стороны того же Наливайченко, который ходит под решением российского суда об уплате штрафа в 300 тысяч рублей и не может эти 300 тысяч в своем кармане найти, чтобы снять с себя вступившее в силу решение российского суда! Это поддается логике Ющенко, который под каждым столом и стулом видит руку Москвы…

У меня сложилось впечатление, что люди пытаются еще и самоутверждаться за чей-то счет. Хамское поведение, когда решение ваше не допустить кого-либо объявляется не в комнате аэропорта, где человек проходит паспортно-таможенную проверку, а на трапе самолета, да еще и пытаются человека запихнуть обратно в самолет, вопреки его воле! В прошлый раз тоже меня не пускали, но, по крайней мере, беседовали со мной на пограничном пункте, и я после этого улетел на следующий день, проведя в аэропорту не самое лучшее время, но, во всяком случае, это было на земле! Такое впечатление, что сейчас мне пытались вообще демонстративно не дать возможность вступить на крымскую землю...

Никто мне так и не сказал: «Мы вам запретили въезд, потому что вы сделали то-то». Мне и в июне прошлого года не объяснили. И каждый раз в ответ на вопрос: «А в чем причина?», – говорили: «Мы имеем право это сделать, вот поэтому мы так и поступаем». Ну, это разные вопросы и разные ответы.

– Кстати, о правозащитных объединениях. В ходе фестиваля «Великое русское слово» заявлено об образовании рабочей группы по созданию всеукраинской организации «Русскоязычная Украина». Ряд СМИ предположили, что именно Вы являетесь ее спонсором.

– Поверьте: мое горячее желание, чтобы я был достаточно финансово состоятелен, чтобы спонсировать эту и другие организации, но, к сожалению, это не соответствует действительности.

Я знаю, что попытка такого рода (создать «Русскоязычную Украину» – ред.). состоялась. Я разговаривал на эту тему – просто интересовался у Сергея Павловича Цекова (первого вице-спикера парламента автономии, лидера Русской общины Крыма, главы оргкомитета «Великого русского слова» – ред.). Для меня это такая же новость, как и для вас. Хотя, собственно говоря, никакой особенной новостью желание русских или русскоязычных на Украине защищать свои права не является. Поводов к тому, чтобы они объединялись ради защиты своих прав, власти Украины представляют больше, чем достаточно. Поэтому, по большому счету, это не является никакой новостью. Лично я не был в курсе, что она (организация) будет создана, и не являюсь, безусловно, ее спонсором. По крайней мере, до сих пор.

– То есть?

– У нас есть экспертный Институт стран СНГ, который проводит, в том числе и здесь, в Крыму и Севастополе, и вообще на Украине свои мероприятия. В каких-то случаях, конференциях или в каких-то в совместных действиях, наверное, они могут участвовать (вместе с новой организацией – ред.).

В прямом виде, как организацию, которую финансируют, безусловно, мы ее не рассматриваем. Как, впрочем, и до этого никого здесь не финансировали. Слухи на этот счет, так же, как и слухи о моей смерти сильно преувеличены.

Якщо ви знайшли помилку, видiлiть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter